20.06.2024

Аналитический Авангард: Школа Филонова

Каждый год Русский музей громко презентует выставки, открывающие зрителям новые грани художественного мира. 6 октября 2023 года в Мраморном дворце представили экспозицию “Школа Филонова” – собрание работ яркой вспышки на солнце под названием русский авангард. Несмотря на величественные и строгие интерьеры Мраморного дворца, даже далёкие от искусства XIX-XX веков зрители погрузились в новый для себя мир аналитического искусства. Почему обязательны к просмотру не только выставка, но и лекции по ней — рассказывает Ксения Прохорова.

авангард

Павел Филонов считал, что можно изображать не только объект, но и его внутренние переживания. Чтобы научить этому каждого желающего он сформировал целую школу авангардистов.

Сложно представить, насколько яркой личностью являлся Филонов, который объединял студентов и художников во влиятельное авангардное течение.Сегодня в интерьерах Мраморного дворца на экспозиции, посвящённой его наследию, снова собралась восторженная яркая толпа: знакомые лица по телеканалу Культура, ценители и любопытные поклонники “передового отряда”.

  Единство мастеров

Первая Школа Филонова — это студенты, которым мастер преподавал в Академии художеств в начале 20-х годов прошлого века, коллектив назвали «Мастера аналитического искусства». Главное правило творческого объединения — совместная работа. «Профессиональные, идеологические, стратегические и политические положения коллектива, принятые им за основу его действия, обязательны для любого члена коллектива», – гласит Устав МАИ. Художники посвящали себя идее с полной самоотдачей и единством духа. МАИ собрал более сотни художников, и каждый из них оставил свой творческий отпечаток в летописи авангардного искусства.

Кто-то был последователем Филонова до самого конца, кто-то лишь на краткое время, однако все неизменно вспоминали о принципах аналитического искусства на протяжении своего творческого пути.

авангард

Философия аналитического искусства

Пока большая часть румяных зрителей увлеченно столпились у входа в первый зал экспозиции в предвкушении, мне не терпелось понять, чем же аналитическое искусство привлекло такое количество авангардистов.

Уже поднимаясь на нужный этаж, можно было идти на свет ярких маячков-полотен с причудливыми формами. Но не было видно привычных текстов-помощников для ознакомления с контекстом. Возможно, по задумке организаторов, стоит изучить не только картины и скульптуру, но и искусствоведческий взгляд на них.

 “Художник (по мнению Филонова, пример редакции) должен увидеть, что происходит внутри, — рассказывает Вострецова Людмила Новомировна, искусствовед и куратор выставки. – Он должен выращивать свою картину, как дерево. Интересно не только какие формы дерева, какая кора, но и что течёт в его ветках, как распускается цветок”.
Действительно, в такой переломный момент как двадцатые годы XX века сложно игнорировать переживания и транслировать искушенному зрителю одну лишь “кору”.

   Этап первый: Ревизор наизнанку

Первый зал открывает экспозицию с важного для Школы Филонова года — 1928.
Сразу в глаза бросаются триколор эскизов к спектаклю «Ревизор», который был первым поворотным моментом в развития Школы. Над переосмыслением костюмов и декораций классической постановки работали Андрей Сашин, Артур Ляндсберг, Николай Евграфов, Ревекка Левитон и Михаил Цыбасов. Учитель Филонов, представил каждому герою уникальную “спинку” — дополнение костюма, которое характеризует героя лучше любого описания.

Такой объём эскизов представлен на публике впервые. Становится понятно, почему такая постановка взбудоражила зрителя. Некоторые посетили с удивлением разглядывают маленькие фигурки в углу полотен, и главный вопрос, который повис в зале — как спектакль приняла публика?

авангард
Эскизы костюмов Андрея Сашина к постановке «Ревизор»

“Спектакль шёл всего один месяц. Но газеты были переполнены фельетонами и рецензиями, — поясняет Людмила Новомировна. – Сам режиссёр-постановщик Игорь Терентьев не всегда был согласен с видением Филонова, но был его единомышленником”.

Костюмы “филоновцев” создают ощущение самодостаточности и удивительной цельности. Кажется, их можно было демонстрировать без какого-либо действия на сцене, они красноречиво отражают проблемы не только пьесы, но и времени, в котором создавались. Чего стоит один бегущий за новыми сплетнями Бобчинский. “Говорящая” спинка, составленная из символов богатства провинциального чиновника – овощей лучше всяких слов характеризует персонажа.

Этап второй: четыре монумента

В то время, как куратор терпеливо отвечает на вопросы восторженных кубическими костюмами деятелей искусства, я исследую следующую часть экспозиции. Это новый этап развития Школы Филонова – выставка в Доме печати 1928 года «Современные ленинградские художественные группировки». На экспозицию попали четыре работы: «Сибирские партизаны» Юрия Хржановского, «Рабочий, сидящий за столом» Эдуарда Тэнисмана, «Казнь революционера» Алевтины Мордвиновой, «Старый и новый быт» Софьи Закликовской. Работы громадные, многослойные. Как бы обнаженные до плоти и костей герои полотен создают удивительное напряжение. Четырёхметровые полотна нависают, как иконы в торжественном храме. Критики описывали аналитическое искусство «общественно-политическим гротеском с уклоном в патологическую анатомию», но мне кажется, что они опередили своё время: слияние науки и искусства неизбежно. 

авангард
«Казнь революционера» Алевтины Мордвиновой

 Этап третий: аналитический эпос

В следующем зале экспозиции, где царит атмосфера беззвучной библиотеки – иллюстрированное издание карело-финского эпоса «Калевала». В 1932 году «Калевала» впервые вышла на русском языке с иллюстрациями. На выставке можно познакомиться как с эскизами, которые не поместили в собрание, так и пролистать оцифрованное издание.
Примечательно, что некоторые из участников Школы впоследствии продолжили сотрудничать и с издательствами, и с театрами.

Иллюстрациями художники из Школы Филонова детально передали магическую атмосферу северного эпоса. На контрасте с предыдущим залом хочется по-детски разглядывать каждый уголок причудливой супер-обложки, представляя себя путешественником с картой по поиску сокровищ.

На эскизах для переплёта книги, которые так и вошли в издание, даже самый скучающий глаз в зале заприметил самую яркую тему фольклора — слияние человека с природой. Несмотря на потрясающую воображение детализацию – работа выполнена акварелью, но очень графично, человеческие лица вместе с ветвями деревьев и рогами животных объединяются в цельное произведение.

авангард
Форзац и корешок к изданию «Калевала»

«В эпосе слияние человека с природой настолько мощное и естественное, что их сложно разделить, — помогает разобраться Людмила Вострецова. — Так, в полной мере отражается органическое искусство, которое является неотъемлемой частью аналитического».

Десятки пытливых глаз разглядывают общую картину, но сложно проигнорировать её составные части. Каждый из фрагментов мозаики иллюстраций не случаен. Особенно, волнующее изображённые на форзаце – мать с ребёнком, слившиеся в объятиях. Их шеи украшает символ драгоценной связи – одно ожерелье на двоих.

   Этап четвёртый: 1930-е

События стремительно меняющейся жизни 30-х годов не миновали Школу Филонова. В этот период объединение раскололось: с одной стороны, многие не выдержали давления абсолютного единства, с другой, художникам Школы часто отказывали в заказах. «Плачь, а рисуй», — как вспоминала Татьяна Глебова своё знакомство с мастерами аналитического искусства.

Работы этого периода сложно объединить по какому-то принципу, непохожие судьбы повели художников разными путями. Однако, закономерно появляются знакомые образы того времени, которые вызывают ностальгическую улыбку.

Одна из особенно захватывающих внимание картин – полотно Василия Купцова  “Максим Горький” с изображением пролёта истребителя над Ленинградом. В те годы авиация захватила всю страну. Фигура самолёта не просто возвышается над городом, её реалистичность до самых мельчайших деталек обретает объём, кажется, что истребитель вот-вот приземлится в зале Мраморного дворца. 

Стройка сталинки — ещё одно новое явление 1930-х на картине Софьи Закликовской «Строится дом на Песочной улице». Символ надежды, строящейся новой жизни. Возможно, за ростом этого дома художница наблюдала из мастерской Филонова.

авангард
Софья Закликовская «Строится дом на Песочной улице»

Этап пятый: после Филонова

Объединение МАИ полностью распалось после смерти вдохновителя, что печально и закономерно. Но каждый из участников Школы стал частью наследия русского авангарда. Символично, что вместе с окончанием экспозиции на стенах появляются таблички с биографическими сводками учеников мастера. Эту часть выставки не пройти мимо, приятно постоять и прочитать о дальнейшей судьбе мастеров аналитического искусства.
Но и без прочтения текста ясно, что идеи и методы Филонова продолжило жить с многими из них ещё не один десяток лет.

Выставка продлится до 15 апреля 2024 года. С авторскими лекциями куратора Вострецовой Людмилы Новомировны для полного погружения в эпоху авангарда можно познакомиться на Медиапортале, на сайтах и в социальных сетях Русского музея, а также на портале Культура.РФ.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *