09.12.2022

«Не сдавайся»: очерк байкальского путешественника

Будильник резко прервал мой сон. С мысленным стоном я вытянула правую руку, кое-как нащупала телефон и отключила ужасный звук. Попыталась открыть глаза, но веки как будто что-то сдерживало, поэтому я просто резко встала. По журчанию воды, которое доносилось из ванны, было понятно, что папа давно встал и вообще бодр и полон сил. Снова попыталась открыть глаза, и, о чудо, они открылись. У меня хуже, чем у папы и младшей сестры, переносилась смена часовых поясов. Бессонница терзала меня вторую ночь подряд, из-за чего болели глаза и голова, а сил на этот день не было.

Озеро мечты

         Мы приехали на Байкал недавно, но изначально поездка как-то не задалась. Самолет перенесли сначала на два часа, затем на три, после — неизвестно на какое время. То же самое коснулось и выхода на посадку. В конце концов мы сели в маленький, слегка потрепанный самолет и взлетели. Несмотря на такое начало, я была полна оптимизма на это путешествие, ведь цель — Байкал. Озеро, о котором я мечтала весь год. Озеро, до которого не так легко добраться. Озеро, природа которого была удивительной по своей красоте.

Бессонница, зачем ты так?

         По приезде в гостиницу все завертелось: быстрое знакомство, быстрое расселение, быстрый ужин. Организм, который неделю назад был в Тунисе, не мог понять, что происходит, и на какое время ему настраиваться. В первый день я спала как убитая, второй день тоже, а на третий меня посетила она — бессонница. Причем это было как-то нелепо: я спокойно засыпала, но затем просыпалась в 2-3 часа ночи и все, сна ни в одном глазу. Все бы ничего, но на Байкале у нас каждый день были экскурсии, на которые вставать надо было рано утром. И вот сейчас, помучавшись полночи, я начала готовиться на экскурсию с настроением «убивать». Конечно, папе ничего не показала. Он видел меня растрепанную, немного сонную и с легкой улыбкой на губах. Не хотела его расстраивать, ведь знаю же, как он хотел сюда попасть. Да и портить впечатление о нашей первой совместной поездке тоже не хотелось. Я разбудила сестру, она собралась, и мы вместе пошли на завтрак.

Я сегодня неэкскурсная

         Наша группа вместе с гидом села в белую «Газель». Я прилегла на папино плечо, чтобы хоть чуть-чуть подремать. Единственное, что сдерживало мои порывы укутаться одеялом и остаться в кровати на целый день — Байкал. Ради него я каждое утро вставала, умывалась и шла на очередную экскурсию.

         Поспать в автобусе не удалось, потому что буквально через 20 минут езды мы остановились. Гид завел нас в какую-то щель между двумя участками и повернулся к нам с хитрой улыбкой:

         — Так, сейчас я даю вам спреи от клещей, вы брызгаетесь, и мы начинаем наш пеший тур по Хамар-Дабану. Вы все надели джинсы? Молодцы какие, — обращался он к нашей группе и попутно раздавал те самые спреи, — Только постарайтесь не вдыхать.

Поздно, я уже вдохнула. Едкий, какой-то безумно сильный запах проник внутрь меня, оставил жгущее ощущение в ноздрях и осел на стенках горла. Отошла на пару метров, чтобы вдохнуть свежего воздуха. Не сильно помогло избавиться от противного ощущения, но хотя бы голова проснулась и стала соображать. Но ее боль не прошла, а осталась маленьким молотком, который почти при каждом движении бил по вискам. Понимаю клещей. Отвратительный запах.

Спустя некоторое время, наша группа из 13 человек уже вовсю шагала по неровным тропинкам, спотыкалась об кривые и толстые корни деревьев, слушала разноголосое щебетание птиц. И дышала. Это странно звучит, но поверьте, воздух на Байкале такой, что хочется собрать его в банку, закрыть крышкой и увезти с собой. А тут свежесть переплеталась с запахом влажной от утренней росы земли. Вокруг все утопало в зелени, даже редкие солнечные лучи отливали этим оттенком. Иногда по пути нам встречались пестрые головки цветов, но их было так мало, что с первого раза и не заметишь. «Все так же прекрасно, как описывали люди… ну почему у меня такое настроение? Интересно, кто-нибудь из нашей группы тоже устала так сильно, как и я?», — зевнула и споткнулась об корень. «Да только упасть не хватало для полной картины. Я сегодня неэкскурсная. Надеюсь, хоть что-нибудь запомню. Быстрее бы домой, выпить таблетку и улечься спать», — ныла у себя в голове. Видимо, мой вид был очень кислым, потому что папа поинтересовался, все ли в порядке. «Нет!» — хотелось прокричать мне, но в ответ лишь сказала: «Да, пап. Все отлично, просто душно немного».

Испытания Хамар-Дабана

Через час пути мы вышли на открытую поляну. С этого момента стало идти гораздо тяжелее. Солнце напомнило, что джинсы и кроссовки в 30-градусную жару — вещь неподходящая. Уклон, который начинался с этой поляны, напомнил, что Хамар-Дабан — горный хребет, и увеселительных прогулок не будет. И вдобавок к этому, моя голова решила, что «хозяйке и так не очень, заболею-ка я еще сильнее». «Все как будто против меня, быстрее бы добраться», — подумала я. Достала с рюкзака платок, протерла мокрый и липкий лоб. Мелькнула мысль подвернуть хотя бы футболку, но быстро исчезла, когда вспомнила, что здесь могут быть клещи. «Не сдавайся, давай, еще чуть-чуть»- твердила я себе. Сил на любование нетронутой природы не оставалось. Лишний раз двигаться не хотелось: влажная футболка неприятно ощущалась на теле, а джинсы терли разгоряченную кожу. Устала. Чтобы не показывать свое плохое настроение, опустила голову. Я посмотрела на время, отметила, что еще даже не полдень, значит будет еще жарче. Разговаривал только наш гид-вот кому было хорошо. Он рассказывал, как маленький ходил по этим лесам, как заблудился один раз. От остальных было слышно только прерывистое дыхание.

-Хорошо, что мы не сгорим, — сказала мне сестра, — загар с Туниса еще не слез.

-Да, — согласно кивнула я, — но кепку все равно не снимай.

Быстро осмотрела ее внешний вид. Красные щеки, тяжелые вздохи. Лицо усталое, но радостное. Это странно, ведь она не любит такие путешествия. Но тем не менее, по сторонам оглядывается, рассматривает красоты Прибайкалья. Значит, не все так плохо, и ей нравится.

-Лер, -обратился ко мне папа, -дай рюкзак, понесу.

С радостью отдала его отцу. Сам рюкзак был спортивный, но вот одна деталь выбивалась из общей картины: маленький розовый единорог, болтающийся на лямке. На широкой папиной спине это смотрелось смешно и нелепо, отчего мы с сестрой захихикали. «Он похож на черепашку Ниндзя», — шепотом поделилась со мной. Улыбнулась, присмотрелась и поняла, что ведь и правда похож. Папа услышал наши перешептывания, повернулся к нам, кинул укоряющий взгляд и стал делать трюки руками, которые, по его мнению, похожи на трюки известных черепашек. Смешной он у нас, даже у меня появилась улыбка на лице.

Живительная речка

Не сразу, но мы услышали журчание воды. Это означало, что уже скоро мы придем. Сразу появились силы в гудящих ногах, а идти стало не так уж и тяжело. Группа даже чуть-чуть ускорилась, лишь бы побыстрее оказаться рядом с холодной, живительной горной речкой. Мы прошли буквально метров 500 и нам открылся вид на небольшую ровную местность, слева которой была та самая речка. На небольших порогах пузырилась пена, капли, как солнечные зайчики, разбрызгивались во все стороны. Все сразу бросились к ней, чтобы умыться, а кто-то даже и напиться. Вода была такой чистой и бодрящей, а свежесть от нее остужала наши жаркие тела. «То, что надо», — заметила Настя. Мы с папой в ответ только промычали что-то согласное. Вся группа расселась вдоль реки, подставляя лицо уже ласковому солнышку. Вода меня всегда успокаивала. И сейчас, я смотрела на нее и чувствовала себя гелиевым шариком: такой же невесомой. Головная боль прошла, словно ее и не было, только появился легкий стыд за то, что распустила нюни и сопли. Ведь усталость, пусть она и была сильной, не повод для хандры. И за это я себя ругала: “Столько людей хотели бы оказаться на твоем месте, а ты просто сразу сдаешься после небольших трудностей. Лучше посмотри как красиво вокруг: лес, река, свежий воздух. Твои неприятности этого стоили, заметь как тебе легко сейчас.” Действительно, что это я. Главное, не сдаваться, ведь, сдаться — всегда успеется. 

На папином примере

Тут я посмотрела на папу. Знаю же, что тяжело ему дается этот пеший тур. Заковыристые тропинки, постоянно чередующиеся подъемы и спуски опасны для его коленей. А он скачет как горная овечка, только кривится, если что-то не так. И ведь не скажешь, что “пап, присядь, пап, давай не будем”, потому что знаю, что после слов последует гневный взгляд и мах рукой: “Отстань.” Да, папа знает, что со своим здоровьем на Хамар-Дабан ему не надо, но он не сдается и идет к своей цели. Кто-то скажет, что это безрассудство и глупость, но, наверное, его упертость и настойчивость- черта хорошая для ситуаций, когда сил и настроя уже нет, а толчок требуется. 

Не сдавайся!

Мы пробыли на этой поляне около пяти часов. Когда Солнце уже подсказывало нам, что пора уходить, чтобы не идти в темноте, группа стала собираться. Я знала, что предстоит долгий путь обратно, но это уже не воспринималось как что-то изнурительное. Наоборот, тело как будто напиталось кислородом: все движения были воздушные, мысли ясные, настроение отличное. Не поляна, а место перерождения, очищения от давящих мыслей, тревог. Моему внутреннему состоянию как будто сделали скраб, стерев все плохое. Я до сих пор помню это чувство облегчения. И когда мне тяжело, я говорю себе: «Не сдавайся. Впереди будет Поляна».

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *