07.02.2023

Шахтерские развалины

Родной город. Место, где я родилась и росла. Прогулки с мамой и папой по площади имени Кирова, походы с бабушкой на рынок за продуктами — все это оставило в моей памяти теплые воспоминания о беззаботном детстве, проведённом в родном городе Красный Луч.

Когда в семье рождается ребенок, его родители наблюдают, как он растет, процесс происходит у них на глазах. Дедушки и бабушки из деревни видят своего милого внучка раз в год, если не реже, и замечают эти изменения гораздо сильнее. То же  скажу и о Красном Луче. Чтобы увидеть то, во что он превратился, нужно было уехать на год. 

Источник: Drive2.ru

Как было раньше?

Прабабушка рассказывала, как после освобождения от немецких оккупантов Красный Луч встал с колен. Появились парки с фонтанами, вдоль дорог высадили деревья, которые создавали приятный тенек в летнюю жару. Построили театр, кинотеатр, Дворец культуры, школы, техникум. Было все для комфортной жизни людей. Главное, что было — угольная промышленность. Работало 5 каменноугольных шахт, а также заводы, фабрики и комбинаты. Прабабушка вечерами рассказывала мне, как она работала на швейной фабрике, а я с любопытством слушала и представляла залы со столами и швейными машинками.

Что видела я?

Отчетливо помню, что с приходом весны мы с родителями почти каждые выходные ходили гулять. Наша квартира находилась в центре города, и до главной площади дорога занимала 10 минут пешком. Маршрут был следующим: шли по дороге, вдоль которой росли каштаны, поворачивали направо ко Дворцу пионеров, где я занималась народными танцами, потом вперед по аллее со скамейками и цветущей сиренью, дальше пешеходный переход, и вот мы уже возле мемориала “Героям-Краснолучанам”, сооруженном в честь 100-летия города. Еще парочку шагов, и мы на площади Кирова. 

Там с утра и до самого вечера стоял лысый дядечка. На нем всегда были яркая желтая футболка и бриджи песочного цвета. Главным атрибутом образа была сумка через плечо, в которую он складывал деньги. В его владениях было 10-15 машинок и мотоциклов для детей. За 20 гривен ребятёнок  колесил на любой из них минут 10 по площади. Я всегда выбирала маленький красно-желтый  мотоцикл. Это средство передвижения было самым медленным из всех, но какае же у меня была довольная мордашка, когда я наматывала круги вокруг мамы! Еще у дядечки был аппарат для сахарной ваты. Уже не помню, сколько эта радость стоила, но вкусноты на палочке была уйма! 

И вот, с липкими руками, с щеками в сахаре и довольной улыбкой я вела родителей к “парку с голубями”, как я его называла. Возле первой скамейки на табуретке сидела старушка. Она продавала семечки и пшено, чтобы покормить птиц. Мы так часто покупали у нее корм, что когда только подходили, она уже сворачивала кусочек газеты в конус и насыпала семечки в него со словами: “О, Евочка пришла”. 

Последней точкой нашего маршрута был большой надувной батут напротив кинотеатра “Родина”. Ближе к вечеру детей на нем прыгало очень много, и я обязательно заводила новых друзей, пока родители отдыхали от моей болтовни обо всем на свете. Я прыгала и резвилась, а мама с папой сидели за столиками у кинотеатра и пили молочные коктейли. 

Источник: Яндекс-карты

Как только вечерело, и становилось прохладно, папа начинал ворчать, что скоро начнутся “Счастливы вместе” по ТНТ и опаздывать домой никак нельзя. Я бежала своими маленькими ножкам в сандаликах к родителям, целовала каждого в щечку и, держась за руки, мы шли домой. 

Еще по праздникам мы ходили в кафе “Сказка”. Оно находилось напротив мемориала “Героям-Краснолучанам”. В нем было все: игровые автоматы, детский лабиринт, аниматоры, аквагрим и очень вкусное мороженое. Дети бегали от одной игры к другой, в общем, веселье шло полным ходом.

До сих пор вспоминаю эти прогулки по выходным и улыбаюсь. Мое детство было счастливым. 

Место памяти

В нашей семье была традиция. Перед Пасхой бабушка и дедушка ехали на кладбище и приводили в порядок могилы близких и дальних родственников. Однажды меня взяли с собой. Было много людей, которые также ухаживали за местом вечного покоя своих близких, вырывали сорняки, мыли гранитные памятники, некоторые даже сажали цветы. Бабуля убиралась на могилке моего прадедушки, а дедушка на могилке моей прапрабабушки. По-моему, я даже помогала вырывать ненужную траву и рассыпать порошок, чтобы гадость больше не росла. 

На Пасху на кладбище уже ехали всей семьей, даже прабабушка, которой было 80 лет. Мы приносили конфетки, яйца и куличи. В моей памяти до сих пор всплывает момент, как мы с прабабушкой сидели отдельно от семьи напротив памятника ее мамы. Она рассказывала какая прапрабабушка была доброй и честной женщиной. Вдруг мое внимание привлек деревянный крест, находившийся слева. Земля вокруг него заросла сорняком, рядом не было заборчика и скамейки, как возле других могил. Не было даже конфеты или кусочка кулича. “Бабуля, а это кто лежит?” — спросила я. “Это, внученька, тетя Зина. Она умерла, а дочь ее пьет много, вот и не думает о мамочке, не приезжает к ней”. 

Отъезд

2014 год. На Донбассе началась антитеррористическая операция. Мужчины уехали воевать, а старики и женщины остались в Красном Луче. Работать было некому, постепенно стали закрывать главное достояние города — шахты. Потом закрылись некоторые украинские супермаркеты, например “Сiльпо”. Перспектива добиться чего-то в этом городе отсутствовала. Высшее образование можно было получить только в Луганске или Донецке, но там шли ожесточенные бои, и непонятно было, когда же этому придет конец. Работы нет, нормальной учебы нет, ничего нет. Красный Луч почти не затронули выстрелы и взрывы, но жить там было невозможно. Мама предложила переехать, и в 2015 году я, сестра и родители переезжаем в Россию. Бабуля, прабабушка и дедушка остаются в городе, и увидеть я смогу их только через год.

krasny luch
Источник: wikimedia

Возвращение

— Алло, бабуль! Как дела твои? Что в городе нового?

— Привет, Евусь. Дела хорошо. В городе все по-старому, ничего не работает, ходить некуда, на рынок, как на бал собираемся!

Такой диалог состоялся между мной и бабушкой перед приездом в Красный Луч. Летом 2016 года я с сестрой приехала в родное место. Нас встретили бабушка и дедушка возле нашего дома с зеленым забором. Без прабабушки. Она нас не дождалась.

Вместе с сестрой пошли гулять вечером. Было не поздно, часов 5, может 6. Прошлись по площади Кирова, погуляли в “парке с голубями”. Что было не так? Людей мало, только редко проходила женщина с коляской или влюбленная парочка. Той старушки с семечками уже нет, батута возле кинотеатра “Родина” тоже нет. Да и кинотеатр “Родина” не так называется, он теперь “Россия”. Единственное, что напоминало о беззаботном детстве — лысый дядечка. Только теперь он в серой футболке и сумки через плечо у него нет, как и аппарата для сахарной ваты. 

Кафе “Сказка” работает только по четвергам и субботам. Посетителей нет, что ж поделать. Потом прошлись по скверу с сиренью, а сирень там уже и не растет, одно деревце осталось.  Дворец Пионеров все также стоит, туда также идут дети на занятия, только краска сбоку давно облезла и покрашен лишь передний фасад. 

К 8 часам город опустел, только иногда ходили ополченцы в военной форме, которые следили за порядком.  Кафе, которые выдержали тяжелые времена, закрываются в 7 часов вечера, а в 10 часов вообще начинается комендантский час, и выходить из домов нельзя, иначе оштрафуют. 

Мы пришли домой, и весь вечер пили чай, вспоминая, как было хорошо до 2014 года.

Кладбище

Через пару дней поехали на кладбище. Хотелось проведать прабабушку, принести свежие цветочки.

Это был будний день, людей не было, но по виду могил сразу стало понятно, что большинство покинуло город, как только услышали выстрелы. Какие-то неухоженные, а какие-то и вовсе почти сравнялись с землей. 

Прабабушка покоится рядом с мужем и мамой. Я поцеловала памятник, положила цветы. Повернув голову налево, увидела место покоя тети Зины, точнее то, что от него осталось. Крест упал, земля заросла сорняком. Стало грустно.

 Что с тобой, родное место?

Красный Луч изменился до неузнаваемости. Это больше не процветающий шахтерский город. Теперь он стал похожим на место, в котором люди не живут, а выживают. Кто мог уехать — уехал. Остались только старички и старушки, которых держит дом, родные стены и воспоминания, что когда-то жизнь была в порядке.

Ева Дащенко

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *