30.11.2022

Почему не надо фотографировать луну на айфон

За окном горела луна. Как у Бродского. Ровно в 20 ватт. Мягкие прикосновения теплом разливались от руки по всему телу. Кончиками пальцев он скользил вдоль бугров и рвов шрамов, которыми была испещрена рука. Я закрыла глаза и откинулась на подушки, наслаждаясь теплом и уютом. 

“Я хочу, чтобы ты рассказала”.

Глаза непроизвольно сжались еще сильнее, а рот скривился. Я не любила этот разговор. Одна и та же история, пересказанная несколько раз, потеряла всякий смысл и эмоции. Обесценилась, выцвела, как дешевая картинка. Чем чаще я говорила, тем меньше сама верила в то, что когда-то это было важно.

Повернув голову, встретилась с ним взглядом. Избежать разговора было невозможно. Окей. Как там начинается?..

“У меня эндогенная депрессия, с 15 лет,” — знакомое недоумение в глазах, — “Эндогенная, значит, что она вызвана не внешними факторами: травмой там, а сбоями в биохимическом строении мозга”. Пока я поясняла, в его глазах разгорался огонек. Значит в его голове уже есть миллион аргументов, в которых он на 200 процентов уверен. Я замолчала и выдохнула, передавая эстафетную палочку разговора. 

“Ты же знаешь, что депрессия — это выдуманный диагноз?”

Я устала. Плечи и грудь потянуло куда-то вниз, хотя я и так лежала. Кислород стал невероятно плотным, с трудом проталкиваясь в лёгкие. В носу и глазах неприятно защипало. Я шмыгнула, чтобы выгнать назойливых мушек с их цепкими лапками, раздражающих слизистую. Не помогло. Я надеялась, что он не станет продолжать. На спор и попытки что-то доказать не было сил. Да и желания, если честно тоже. Каждый раз одно и то же. Каждый. Гр@баный. Раз.

То, да не то. Было как-то по-особенному обидно. Почва не выбилась из-под ног. В груди не перехватило. Но что-то неприятно шлёпнулось в области желудка. Липкий слизень пополз по органам, оставляя за собой прозрачную паутину соплей. Он осторожно ощупывал носиком каждый миллиметр и планомерно продвигался вглубь.

Я устало улыбнулась и качнула головой: “Конечно же, выдуманный, ты прав”. 

Слизняк внутри задел нерв, и мне пришлось с силой вдавить ногти в ладонь. Мушки в носу не исчезали. Я шмыгнула ещё раз. 

Сложно и глупо биться в каменную стену. Поэтому я никогда не продолжала разговоров, которые были обречены на провал с самого начала. 

Сложно объяснить человеку, что ты чувствуешь, когда предпочитаешь физическую боль душевной. Сложно рассказать или показать, как ты по ночам рвала на себе волосы и залезала под кровать. Сложно. И глупо. Поэтому я никогда и не пыталась. 

Я могу сложить буквы в слова. Могу даже вложить в эти слова смысл. Могу связать их в предложения и вывалить на другого. Но это всё ещё просто буквы. 

Есть вещи, которые нельзя описать буквами. Их нельзя описать картинками или звуками. Их вообще нельзя описать. Это как пытаться сфотографировать луну или звёзды на айфон. 

Фото: stockvault.net

А надо ли вообще это делать? Надо ли фотографировать луну? Надо ли описывать чувства? Вся прелесть и уродство момента заключены в нём самом. В том, что конкретно эта сцена никогда не повторится. 

Слизняк куда-то исчез, оставив лишь неприятный осадок. В прямом смысле этого слова. Я разжала кулак и снова улыбнулась. 

Можно было бы поспорить. Можно было закатить скандал со всеми вытекающими: “ты меня не понимаешь”, “зачем ты спросил, если не хочешь меня слушать и слышать”, “какой же ты #удак”. Но я никогда не продолжала разговоров, которые были обречены на провал. Так было проще и умнее. Проще и умнее.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *